В преддверии Дня Победы публикуем рассказ, которым с нами поделилась жительница Сенного округа Альфия Гамировна Гальперова. Эту историю в 70-ые годы ей рассказала мама – Туешева Закия Хафизовна – участница Великой Отечественной войны.

Что было не со мной – помню…

Фронтовики вспоминать о войне с фашистами не любили и почти ничего не рассказывали в кругу семьи. Моя мама не исключение. В 1941 году она окончила Казанское театральное училище и была зачислена в труппу Академического театра с приклеившимся еще в студенчестве амплуа травести. Говорили, что судьба её – играть девочек и мальчиков. Мама была невысокая, худенькая.
Из-за этого её даже не стали слушать в военкомате: «Детей на фронт не берем! Девочка, подрасти немного и выучись на врача или на медсестру…». Сказано – сделано! В начале 1942 года на руках у нее была справка. Документ подтверждал: теория и практика сданы на отлично.

Служба добровольца-санитара началась в медсанбате стрелкового полка. Военный «университет» мама прошла достойно: два боевых ордена, боевые медали. К 1945 году гвардии сержант выросла до умелой хирургической сестры. Весной полк Красной Армии перешел границу Германии. Дорожные указатели подтверждали: до Берлина рукой подать. Внезапно колонну развернули в другую сторону. Оказалось, в Чехословакию. Накануне раненые солдаты были погружены в мощные грузовые трехосные крытые Студебекеры, поставляемые Советскому Союзу по ленд-лизу. Машины плавно двигались по ровному автобану, и мама незаметно для себя задремала. При этом рукой продолжала держаться за скобу над снятой дверцей кабины. Это было необходимо, чтобы мгновенно спрыгнуть и начать эвакуацию раненных при возможном налете. Для немецких летчиков такие колонны были легкой добычей. Внезапно сквозь дремоту мама услышала крики людей и беспорядочную стрельбу. Она тут же проснулась и уже было нацелилась бежать к пострадавшим. Благо что водитель успел ухватить её за ремень и втащить в кабину.

– Ты что, дурёха – уймись, Гитлер капут! Война закончилась, дожили мы. Кричат и стреляют вверх – это от счастья, радуются наши! Дочка, сестричка, надо обязательно отметить!

Тут он вытаскивает откуда-то большую блестящую железную банку и быстро делает в ней две дырки.

– Пей дочка, не боись!

Мамин ответ был испуганным и категоричным.

– Нет, нет, нет! По законам военного времени медработникам можно использовать спирт только в медицинских целях, нецелевое использование спирта…
– Эх ты, дурёха и есть дурёха. Это же сгущенное молоко. Попробуй!

Мама попробовала сама и, конечно, понеслась угощать своих подопечных – раненых бойцов. Это был самый счастливый момент в её военной жизни. Сладкий вкус Победы.

На праздничном столе у нас всегда стояла банка сгущенного молока с двумя дырками. А у мамы в кухонном шкафу хранилась целая батарея таких банок – «неприкосновенный запас». Для неё этот нехитрый продукт в одночасье превратился в Символ, ознаменовавший великий день.

Моей мамы уже нет с нами. Господь отмерил ей долгую жизнь. Жизнь, посвященную служению Родине и людям, на каком бы поприще она не трудилась.